Аромо-фильтр
86 917
уникальных ароматов сейчас на проекте
Вам подарок!

Миллилитры начисляются за активность на сайте:
за регистрацию, комментарии, создание постов в блогах,
добавление новых ароматов, участие в распивах
и многое-многое другое.

Количество заработанных вами миллилитров = количеству
рублей, которые вы можете использовать для покупки
парфюма в партнерском магазине - Randewoo.

Подробнее о миллилитрах

Aromo дарит вам 20 мл
вашего любимого аромата
при регистрации!
new

Не только нероли: Патрисия де Николаи — о работе в Осмотеке, будущем ниши и новой классике

На прошедшую в Москве 20 октября лекцию президента версальской Осмотеки Патрисии де Николаи билеты раскупили за несколько дней после старта продаж. Хозяйка и нос Nicolaï Parfumeur-Créateur впервые посетила Россию и рассказала прессе и блоггерам о работе над последними ароматами, важных современных работах и многом другом. Мы задали ей еще несколько вопросов.

— На пресс-конференции вы много говорили о свободе, которую дает работа в своем собственном бренде. А как насчет Осмотеки?

— О, это совсем другое дело — с точки зрения свободы в том числе, потому что работа в музее не так связана с творчеством, как в лаборатории. Основное направление деятельности Осмотеки все-таки архивное, мы структурируем и классифицируем те ароматы, что уже есть, или те, что приходят к нам для пополнения коллекции.

— А что изменилось в музее после вашего назначения?

— Я руковожу этой организацией уже 10 лет, но для меня служба в Версале по-прежнему играет в каком-то смысле второстепенную роль; на первом месте всегда будет работа для бренда.
При этом я не отрицаю, что Осмотека, вообще сама идея такого музея — очень важна, ведь раньше ни у кого и мысли не было, что старые ароматы нужно осознавать, сохранять, спасать их от забвения хотя бы в музейном пространстве; само отношение к парфюмерии было несколько иным. По сравнению с живописью, музыкой и другими искусствами это довольно молодое явление, и хорошо, что мы начинаем осознавать его хотя бы сейчас — потому что в любой творческой работе есть отсылки к прошлому, даже когда речь идет о создании каких-то принципиально новых вещей. Для начинающих парфюмеров знать историю, помнить ароматы, скажем, двадцатых-тридцатых годов очень важно.

— В чем заключается ваша роль как директора Осмотеки? Чем вы занимаетесь сейчас и что есть в планах?

— Многие из журналистов, которые к нам приезжали, говорят, что мы довольно много успели сделать за эти 10 лет — во всяком случае, работы было немало. Сейчас коллекция музея — это более 4 000 ароматов, и это не только старые воссозданные работы, но и новые: мы, например, обращаемся ко всем большим брендам, когда узнаем, что они готовят новый запуск...

— К каким, например?

— Вообще мы пытаемся собрать максимум информации — поэтому пишем тем, кто на виду, но часто марки и сами к нам обращаются, предлагают свои работы. Так вот, благодаря тому, что коллекция постоянно растет, Осмотека и остается таким живым организмом — это не застывшее во времени дело, как можно подумать. Моя же работа заключается как раз в организации поиска недостающих ароматов, затем — их состава и его воспроизводства. Во всем этом есть одна сложность: духи могут меняться со временем, то есть недостаточно просто использовать данные с хроматограммы; нужно найти место, где была создан оригинальный аромат и работать уже с той формулой. Идею второго направления моей работы в Осмотеке подсказали журналисты — они часто (иногда слишком часто) называли музей спрятанной жемчужиной, причем в прямом смысле: нас непросто найти, мы ведь находимся в одном здании со школой ISIPCA. Поэтому сейчас я занята еще и вопросом перемещения музея в Париж, чтобы стать ближе к посетителям — собственно, вот еще одна моя функция. Не считая, конечно, конференций — я провожу их 1-2 раза в месяц. Вообще интересное дело: Франция считается родиной современной парфюмерии — я сейчас говорю не о ладане, мирре и прочих вещах с Востока, а о парфюмерии в том виде, в каком мы знаем ее сейчас, — и мне кажется, что в Париже все-таки должно быть место, которое бы этот статус подчеркивало. Этим и занимаюсь.

— Как работает Осмотека с экономической точки зрения?

— Ну, музей — это некоммерческая организация, и поскольку прямой задачи зарабатывать деньги у нас все же нет, тот доход, что мы получаем от организации платных конференций, идет на оплату работы сотрудников и поддержание Осмотеки в функционирующем состоянии. Со стороны нам помогают Французское общество парфюмеров, государственный комитет по парфюмерии (он находится в составе органа FEBEA), торговая палата и некоторые марки. Ну вот, получается, еще одна моя задача — привлечение новых партнеров и налаживание коммерческого сотрудничества (смеется).

— А у бренда? В книге вы писали о том, что первые 10 лет существования марки 70% дохода приносили ароматы для дома. Сильно изменилась эта цифра за 20 лет?

— Я бы сказала, что на данный момент соотношение поменялось: примерно 50 на 50, во всяком случае, в наших парижских бутиках — одна половина приходится на продукты для дома, свечи и так далее, другая — на духи. За границей все иначе: интерьерная парфюмерия там продается гораздо меньше.

— Сколько человек сейчас у вас в штате?

— Больше 30: это люди, которые работают и в парижском офисе, и на производстве. У нас есть собственная фабрика на юге Франции, и там постоянно находится минимум пять человек. Ближе к зимним праздникам мы нанимаем им помощников, чтобы быстрее справляться с заказами.

— Что для вас значит флагманский бутик? Вы открыли его почти 30 лет назад, за это время в городе многое изменилось.

— Этот первый магазин на авеню Пуанкаре для меня был ужасно важен: во-первых, мы разместили лабораторию прямо в бутике, что помогло подчеркнуть роль парфюмера. Для меня это было дело принципа: в то время никто не знал имени автора аромата, были только «духи Chanel», или Dior, еще какой-нибудь марки, — и мне хотелось поменять отношение к профессии. По той же причине, кстати, я дала бренду свое собственное имя.

— Сейчас появляется огромное количество новых марок. Какие из них, на ваш взгляд, выживут — кроме, разумеется, тех, кто просто умеет хорошо продавать?

— Сложный вопрос. За последние годы парфюмерный ландшафт действительно очень сильно изменился, в Париже в том числе. Мы были одними из первых, кто открывал свои собственные магазины — а сейчас, когда гуляешь по каким-то центральным кварталам, то постоянно встречаешь бутики, причем даже не очень крупных марок. Но это про другое; вообще же надо сказать, что быстрее всех развиваются бренды, купленные крупными компаниями: например, Maison Francis Kurkdjian ушел в LVMH, Фредерик Маль и Килиан Хеннеси продали бизнес Estée Lauder, дела L'Artisan Parfumeur и Penhaligon's в руках Puig. Мы одни из последних «старых» брендов, кто все еще независим — и нам важно этот статус сохранить (если, разумеется, удастся выжить). Здесь я, конечно, немного лукавлю: мне все-таки повезло, что мои дети немного интересуются парфюмерией — Аксель, например, занимается делами марки уже сейчас, а младшая дочь — она еще совсем молодая, 25 лет, — работает в Clarins, но мы, конечно, не оставляем надежды, что она, так сказать, вернется в семью. И, конечно, мой муж — до нашей встречи он не имел никакого отношения к парфюмерии, но его взгляд как бизнесмена очень помог запустить бренд; без него у меня ничего бы не получилось.

— Вернемся к ароматам. Были ли за эти 30 лет такие, которые хотелось выпустить, но не получилось?

— Если честно, обычно дело идет так: к нам приходит какая-то идея, я начинаю ее воплощать, но потом образуется гора других дел, из-за которых формулу приходится на некоторое время отложить. И так всегда. Я, конечно, очень надеюсь, что у меня хватит энергии закончить уже начатые вещи и выпустить их в надлежащем виде.

— Сейчас в коллекции почти не осталось ароматов в том виде, в котором вы выпускали их, скажем, еще 10 лет назад. Как появилась мысль о перезапуске некоторых из них?

— Все дело в лаборатории и ингредиентах — они на протяжении времени меняются, и, соответственно, меняется твоя палитра как парфюмера. Когда это происходит, ты смотришь на какие-то вещи иначе, понимаешь, как сделать аромат лучше, интереснее, глубже... Ну и, конечно, нельзя исключать влияния IFRA — иногда приходится редактировать формулу, исходя из их требований.

— Что делает аромат классическим?

— Я думаю, что в первую очередь это успех — именно коммерческий, не с точки зрения творчества, — когда аромат носит большое количество людей, и, соответственно, он остается в общей ольфакторной памяти; я бы сказала, что он становится классикой, когда его начинают узнавать. В этом деле еще, конечно, нужно время, но не всегда. Скажем, когда вышел Terre d'Hermès, он своим совершенно новым, свежим звучанием произвел невероятный фурор, его сразу начали носить все — и, можно сказать, он очень быстро стал классикой. При этом, например, из запусков последних 5-6 лет я пока не могу выделить ни одного аромата с подобным потенциалом. Тут еще надо принять во внимание тот факт, что наибольшая творческая сила сейчас сконцентрирована у маленьких марок, которые не вкладываются в масштабную рекламу, в отличие от крупных игроков, и, соответственно, могут позволить себе большую свободу. Разумеется, все это не значит, что большие, громкие запуски технически недостаточно хороши, нет, но я бы назвала их более банальными.

— Как бы вы объяснили появление микротрендов, которые мы часто замечаем на парфюмерных выставках вроде Esxence? Если отбросить сравнение с модой, отсутствие аналогов трендбуков (доступных нишевым маркам) и выпуск новых душистых веществ, — как это происходит?

— Если мы не говорим о таких вещах, как уд, который стал популярным из-за важности арабского рынка, то в случае с небольшими марками я бы не отрицала и простого совпадения: в конце концов, большинство этих тенденций довольно быстро рассеивается. Появиться они могут как угодно — кто-то из марок переосмысливает популярные направления, кто-то целенаправленно формирует и развивает свою коллекцию, кто-то просто экспериментирует — но почему они сходятся в одном месте и в одно время, объяснить сложно. Я бы списала это на моду.

Подписывайтесь на наши аккаунты в Facebook, ВКонтакте, Telegram, Instagram и на YouTube, чтобы быть в курсе новостей и обзоров Aromo

Джульетта Птоян
Джульетта Птоян
Заместитель главного редактора, автор
Комментарии 0
Отзывы об
ароматах
Наверх