Roboris: дождь, который не прольётся.

Roboris - слово латинское. Robur, roboris - дуб, или, если точнее, дубовая крепость, сила, стойкость. Cale Fragranze d`Autore - миланская нишевая марка, которую Сильвио Леви основал в 2008 году с идеей переводить истории на язык запаха. Roboris вышел в 2011-м, автором был приглашен Марк Бакстон, человек, который в парфюмерных кругах известен тем, что не ходит проторенными дорогами. Он не любит традиционные водные молекулы для создания акватики, вместо этого он строит ощущение влажности на фиалковом листе и иононах, тех самых, что многим отдают огурцом. Поэтому Roboris с первой секунды - не про честное "сейчас случится и прольётся". Это про другое.

Официальная легенда такая: предчувствие дождя, который вот-вот упадёт на раскалённый песок и выжженное солнцем высокогорье, принося обновление и жизнь. Если перевести это на менее абстрактный язык: ты стоишь на краю пустыни, небо начинает темнеть, в ветре появляется сырость, но дождя ещё нет. Это запах-предвестник, а не собственно сам ливень.

В начале - зелень фиалкового листа, с лёгкой резкостью, как только что сломанный стебель. Потом кислота ревеня, но не цитрусовая, яркая, а скорее вяжущая, как недозрелое яблоко, от которого сводит скулы. Глициния держится где-то сверху, добавляя пудровый цветочный оттенок, чтобы зелёная масса не била слишком сильно. Это начало собранное, натянутое. Кто-то описал его как "джентльменский клуб, затопленный дождём" - не в том смысле, что там мокро, а в смысле, что в спёртом воздухе внезапно появилось предчувствие перемены погоды.

В сердце аромата Бакстон вводит цветок кактуса и жасмин. Кактус сам по себе материал редкий, и парфюмер использует не сладкий пустынный цветок, а нечто более странное: кто-то слышит каучук, кто-то смолу, кто-то - только что разломанный лист алоэ, растительный, чуть терпкий, с водянистой прохладой. Этот блок поляризует мнения. Те, кому нравится, говорят, что аромат "редкий настолько, что хочется остановиться и вдохнуть запястье". Те, кому нет, считают, что эта нота сбивает с толку. Но равнодушным не остаётся никто. Жасмин здесь не солирует. Он смягчает. Сглаживает угловатость кактуса, добавляет лёгкую пудровость. Кто-то описал середину как "приближающуюся грозу, тёмные облака и далёкий гром". Не дождь, который уже льёт, а потемневшее небо.

База постепенно расслабляется. Ветивер и кедр сухие, древесные, чистые. Сандал даёт немного кремовой теплоты, бобы тонка в самом низу, сладкие очень сдержанно - не гурманика, а, скорее, запах дождя, который идёт в нескольких километрах от тебя, первая влажная нота земли перед тем, как та по-настоящему намокнет. Амбра не выпирает, она держит конструкцию, не позволяя себе доминировать над, в целом, воздушной композицией.

Отзывы делятся на два лагеря. Одни говорят: это фиалковый лист плюс древесная база в духе Fahrenheit и He Wood, сделано неплохо, но слишком знакомо, и цена не оправдана. Другие считают, что это недооценённая жемчужина, и что и концепция, и исполнение заслуживают серьёзного отношения. И те и другие по-своему правы. Roboris, действительно, стоит на классической схеме, но двигается по ней иначе: его зелень - зелень с каучуковым оттенком, его влажность - влажность в воздухе, его дерево - сухое, которое ждёт дождя. Однако, почти все признают одно: аромат интровертный. Шлейфа почти нет, в комнате он не заявит о себе первым, но на коже держится полдня. Кто-то сравнил его с лопухами из детства - горькими, сочными, зелёными, с землистым подтоном. Это сравнение, пожалуй, ближе к тому, чем Roboris пахнет на самом деле, чем официальная легенда про пустыню и дождь.

Бакстон не пытается рассказывать историю в лицах. Он делает запах низкого давления перед переменой погоды. Ты носишь его, и никто не спрашивает, что это за парфюм. Но когда опускаешь голову и вдыхаешь с запястья, там - маленький кусок неба, которое вот-вот разродится.