Profumum Roma Fumidus: пирология духа
Fumidus принадлежит именно той категории ароматов, которые не просто носят. Их переживают. Латинское название, означающее "полный дыма", звучит как приговор или обет, в зависимости от того, готовы ли вы принять его условия, его правила.
Пирамида аромата обманчиво проста: ветивер, береза, виски. Но в этой простоте - бездна. Первые секунды на коже подобны удару: это не просто дым, это фенольный шок. Аромат открывается торфяной виски-нотой, которая мгновенно переносит вас на побережье, где перегонные кубы выпускают в небо свой характерный, йодистый, в какой-то степени апокалиптический дым. Это не изысканный коктейль в баре, это сама суть обжига, технология, превращающая солод в аромат с помощью фенольных соединений, тех самых, что использовали древние кожевники для дубления кожи.
Ветиверовое масло составляет основу композиции: сухое дерево, дым очагов и абсолютное спокойствие вневременной цивилизации. Сухая древесность ветивера здесь соединяется с березовой смолой, создавая впечатление, будто вы - одна из этих стихий: огонь, дым или пепел. И все же это не просто "запах костра". Это запах сгоревшего леса. Ветивер здесь сравним с яванскими или китайскими маслами, славящимися своими дымными и землистыми нюансами. Это не зеленый, свежий ветивер - это корень, вырванный из земли и брошенный в огонь.
Самое удивительное в Fumidus - его эволюция. Аромат, начинающийся как буйство фенола, постепенно трансформируется. Этот непримиримый запах,однако, смягчается после нескольких часов носки, оставляя дымный, землистый ветивер. Если вы не любите ветивер, вы можете устать от него за полдня, как от горящих торфяников или сжигаемых осенних листьев, когда дымка висит в воздухе все время. Но именно эту монотонность и стабильность невозможно не полюбить. Fumidus - это медитация на тему горения. Это не аромат-история, а аромат-состояние.
И вот именно в момент трансоформации парфюма возникает в ассоциативной ряду его идеальный антипод - Etro Vetiver.
Если Fumidus это сгоревший лес, где воздух тяжел от пепла и копоти, то Etro Vetiver — тот же лес, но на рассвете, до пожара, когда роса еще лежит на листьях, а солнце только начинает пробиваться сквозь кроны. Etro Vetiver это сырой, землистый, сухой, жесткий и устойчивый ветивер. Этот аромат пахнет большим теплым лесом летом; он пахнет зеленым, землистым, древесным, дымным, горьковато-соленым и немного грязным. Это ветивер в его первозданной, почти дикой красоте. В отличие от Fumidus, здесь нет этого агрессивного, обжигающего старта. Etro Vetiver - в значительной степени древесный аромат с некоторым ветивером, а не наоборот. Это не "паленые шины" и не "мокрый пепел" - образы, которые всплывают в описаниях Fumidus. Это аромат, который заставляет чувствовать себя "укорененным", его землистость возвращает к чувству принадлежности земле.
Если Fumidus это готический ветивер, кладущий конец всем готическим ветиверам, то Etro Vetiver это ветивер классический, в котором нет места страданиям и переживаниям. В одном - преклонение перед стихией огня и дыма, в другом - перед землей и влагой. Эта дихотомия напоминает спор двух философий: одна утверждает, что истина открывается только через разрушение и страдание, другая - что истина уже заключена в природе, и нужно лишь уметь ее услышать.
Fumidus требует многих тестирований и терпения. Его плотное, дымное начало может даже сначала беспокоить. Но стоит дать ему развиться в течение нескольких часов, и вы почувствуете богатый, землистый ветивер, который открывается только тем, кто готов ждать. В конечном счете, Fumidus и Etro Vetiver - это две стороны одной медали, два ответа на один и тот же вопрос: каков истинный вкус ветивера? Один - это его тень, второй - свет. Один - это воспоминание о пожаре, второй - о том лесе, который еще не сгорел. И выбор между ними - это выбор между поэзией разрушения и поэзией бытия.
В Fumidus узнаешь запах осеннего леса, который горит не потому, что кто-то поджег его, а потому, что сама природа в этот момент решает напомнить нам о своем могуществе, часто созидающем, но иногда и разрушающем. И в этом для меня его величие.